22.05.2019

В РСПП обсудили проблему перекрестного субсидирования в электроэнергетике

     Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) может вынести на уровень премьер-министра или Президента РФ вопрос о решении проблемы перекрестного субсидирования в электроэнергетике. Это едва ли не единственный предметный итог обсуждения 17 мая на заседании комиссии РСПП по электроэнергетике предложений Минэнерго и "Россетей" о дополнительной нагрузке на энергопотребителей. Идея обращения на высший уровень родилась от безысходности: дискуссия в очередной раз продемонстрировала неготовность регулятора и сетевой монополии услышать какие-либо доводы бизнеса.
     
     На заседании опять обсуждались две выдвинутые год назад инициативы, оформленные в виде нескольких проектов нормативно-правовых актов. Речь идет, во-первых, о поэтапном распределении на потребителей "Федеральной сетевой компании" (ФСК, магистральные сети высокого напряжения, к которым подключены некоторые крупные промышленные потребители) перекрестного субсидирования, существующего в сетях межрегиональных сетевых компаний (МРСК, сети высокого, среднего и низкого напряжения). Во-вторых, о введении платы за резерв сетевой мощности, который осуществляется МРСК по заявкам на техприсоединение потребителей.
     
     Обе эти идеи уже неоднократно обсуждались заинтересованными сторонами. Так, в Минэнерго и "Россетях" считают несправедливой ситуацию, когда у потребителя, подключенного к ФСК, тариф в четыре раза ниже, чем у потребителя на высоком уровне напряжения в МРСК, - несправедливой в первую очередь к малому и среднему бизнесу, который на высоком уровне напряжения не работает и у которого нет альтернативы, имеющейся у крупного бизнеса в виде ФСК. Проблема в том, что это не у ФСК занижен тариф, а в МРСК перекрестное субсидирование настолько сконцентрировано в тарифе на высоком уровне напряжения, что просто не оставляет крупному потребителю другого выбора, кроме как переходить на более дешевую магистральную сеть. Такие тарифные решения для МРСК принимаются региональными регуляторами, и именно этими решениями объясняются существующие диспропорции между тарифами ФСК и высокого напряжения МРСК. И это, кстати, подтверждается Федеральной антимонопольной службой (ФАС), которая недавно выдвинула свои предложения по справедливому снижению тарифа для высокого напряжения МРСК.
     
     А кроме того, все потребители ФСК сохраняют подключение и к сетям МРСК и соответственно платят им - например, РУСАЛ продолжает платить в Иркутской области 57% всего перекрестного субсидирования в регионе, в Мурманской области - 38%. Вице-президент НЛМК по энергетике Сергей Чеботарев сравнил инициативу "Россетей" с птицей Феникс, восставшей из пепла: прошел едва ли год с того момента, как был ликвидирован, по сути, аналогичный механизм "последней мили", а его фактически предлагают ввести снова. Кроме того, регулятор не анализирует, сколько потребителей ушло из МРСК к ФСК, а сколько попросту закрылось из-за высоких тарифов, подчеркивает директор РУСАЛа по работе с естественными монополиями Максим Балашов, но есть статистика: по его словам, прирост ФСК составил всего 36 млрд кВт·ч, и в основном это вводы новых заводов, а падение МРСК - сразу 47 млрд кВт·ч, и это в основном прекращение работы потребителей.
     

     Промышленность на высоком уровне напряжения МРСК несет нагрузку в виде около 2/3 всей "перекрестки", имея при этом всего лишь половину объема потребления, отмечает заместитель директора ассоциации "Сообщество потребителей энергии" Валерий Дзюбенко. Для малого бизнеса, по его словам, в ряде регионов даже действуют отрицательные ставки перекрестного субсидирования - то есть он, получается, субсидируется за счет крупной промышленности. Так что, если механически перераспределить "перекрестку" МРСК на тариф ФСК, справедливей ситуация отнюдь не станет. "Поэтому, прежде чем говорить о справедливости, необходимо учесть это разнесение объемов перекрестного субсидирования по уровням напряжения МРСК", - подчеркивает эксперт.
     
     Аналогичная ситуация и с оплатой резерва. В этой идее нет ни физического, ни экономического смысла, подчеркивает Сергей Чеботарев: недоступной свободной мощности не существует, если незадействованная мощность действительно есть на питающих центрах, ее и сейчас можно получить. "По сути, это новый вид перекрестного субсидирования, который не сильно от него отличается", - считает он.
     
     К проблеме этой фантомной, "бумажной" резервной мощности, которую потребителям пытаются предъявить к оплате, на заседании обращались неоднократно. Валерий Дзюбенко обратил внимание: в 2009-2014 годах прирост установленной трансформаторной мощности сети был в полтора раза меньше проданной потребителям по договорам техприсоединения. Что же тогда продали потребителям? Да, есть такие техприсоединения, которые не требуют приращения трансформаторной мощности, - но не в таком же объеме, недоумевает эксперт. Более того, согласно свежим данным, в 2013-2017 годах прирост трансформаторной мощности "Россетей" был сразу в три раза меньше максимальной мощности присоединенных потребителей. Что в таких обстоятельствах понимать под резервом сетевой мощности - этот вопрос остается открытым.
     
     "Предполагается определять данную сетевую услугу как некую готовность к поставке мощности. Я бы обратился к аналогии с поставщиками мощности - генерирующими компаниями, которые регулярно эту мощность аттестуют, подтверждают ее включением и проверкой. Берем энергоузел и на полную мощность включаем энергопринимающее устройство. Способна ли будет сетевая организация подтвердить всю ту мощность, которую она собирается предъявить потребителям, в ходе такой аттестации? Похоже, нет", - считает Валерий Дзюбенко.
     
     Инициативы "Россетей" могут привести только к снижению конкурентоспособности российского бизнеса, при этом не имеют отношения к эффективности самой сетевой монополии, полагает Максим Балашов: "У нас есть нацпроект поддержки промышленного экспорта, Минпромторг принял решения о корпоративных программах повышения конкурентоспособности, на это выделяется 422 млрд руб. При этом повышая тариф на передачу, мы отнимаем ресурсы у потребителей и передаем в "Россети". Они говорят о своей эффективности, но доля тарифа на передачу в конечной цене электроэнергии в России - 50%, а в развитых странах - не больше 15%. Какая тут эффективность?"
     
     Потребители уверены: обе эти инициативы задуманы лишь для того, чтобы компенсировать "Россетям" выпадающие доходы - нужно найти механизм, чтобы госкомпания могла получить необходимую валовую выручку для финансирования инвестпрограмм и проекта цифровизации (что она, кстати, не особенно скрывает). Сергей Чеботарев предупредил, что в итоге это может привести к росту собственной генерации потребителей и их энергетической автономизации: там, где это важно с точки зрения обеспечения безопасности, жизни и здоровья людей, подключение останется, а на остальных узлах крупный потребитель просто уйдет из энергосистемы. Хотя это экономически выгодно потребителям, пострадать могут все, поэтому он предложил Минэнерго больше усилий сосредоточить на том, чтобы интегрировать желание и усилия потребителей помогать энергетике страны, развивая распределенную генерацию, а не бороться с ней. И, в частности, категорически возразил против введения платы за резерв в отношении собственной генерации, чего добиваются "Россети".
     
     В Госдуме тоже констатируют отсутствие согласия: говоря о дифференциации тарифа ФСК, первый заместитель председателя комитета Госдумы по энергетике Валерий Селезнев отметил, что к этим предложениям есть масса замечаний. Например, нет методологических указаний по расчету величины перекрестного субсидирования и ее распределения, значительно ухудшатся экономические условия для потребителей ФСК, а главное - нет цели снижения объемов перекрестного субсидирования.
     
     Все упирается в проблему "перекрестки", уверены участники заседания. "У меня есть мечта, что настанет такое время, когда мы перестанем каждые год-полтора перетряхивать законодательство в сфере электроэнергетики и привыкать жить по новым правилам, когда все мы свою интеллектуальную энергию будем тратить на правильные вещи, а не бороться друг с другом, - этот вечный антагонизм уже несколько поднадоел, - признался Сергей Чеботарев. - Важно помнить, что стратегия развития энергетики страны - не то же самое, что и стратегия развития энергетических компаний. В энергетике есть разные субъекты, и их интересы надо воспринимать корректно".
          
       
     Источник:
     http://www.ng.ru